Орбан, Трамп и «поцелуй смерти». Американский военный историк Макс Бут — о том, как выборы в Венгрии ударят по сторонникам MAGA

В Италии правый популистский премьер Джорджа Мелони потерпела поражение 23 марта, когда избиратели отклонили предложенную конституционную реформу, которая могла бы дать исполнительной власти больше контроля над судебной системой.

Во Франции в прошлом месяце ультраправая партия Национальное объединение выступила хуже, чем ожидалось, на муниципальных выборах, победив в Ницце, но проиграв в Марселе, Лионе и Париже. В столице правый кандидат набрал лишь 1,6% голосов.

Альтернатива для Германии (AfD) достигла своих самых высоких результатов на земельных выборах в западной части Германии, но все равно решительно проиграла в двух крупных гонках.

Трамп пытается применить «модель Орбана» в США

И теперь самым весомым результатом из всех стало то, что премьер-министр Венгрии Виктор Орбан после 16 лет пребывания у власти с треском проиграл выборы правоцентристскому сопернику Петеру Мадьяру. Это удар, который действительно больно бьет по сторонникам MAGA по обе стороны Атлантики.

Целый ряд нелиберальных лидеров поддержал Орбана — не только привычные европейские фигуранты, такие как Марин Ле Пен во Франции и Алиса Вайдель в Германии, но и Трамп, Путин, премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху и президент Аргентины Хавьер Милей. Вице-президент Джей Ди Вэнс ездил в Венгрию неделю назад, чтобы агитировать за Орбана, в то время как Трамп предложил Венгрии Орбана финансовую поддержку.

Неудивительно, что эти правые испытывали такую привязанность к лидеру этой небольшой центральноевропейской страны с населением меньше, чем в Северной Каролине. Орбан стал для ультраправых тем, чем когда-то был Фидель Кастро для ультралевых: идеалом.

Орбан был пионером атак на иммигрантов и глобалистские элиты — особенно на Джорджа Сороса, — которые затем стали стандартным популистским репертуаром во всем мире. Он запустил собственную версию Конференции консервативных политических действий и привлек в Венгрию доверчивых попутчиков, таких, как Такер Карлсон, чтобы они восхваляли якобы его успехи. Он даже взял на свое содержание немало западных консерваторов — через ряд академических институтов.

Орбан был «Трампом до Трампа», как когда-то сказал бывший советник Трампа Стив Бэннон.

А Кевин Робертс, президент Heritage Foundation, в 2022 году восторженно заявил: «Современная Венгрия — это не просто модель консервативного государственного управления, а образец. Американцы, британцы, испанцы, австралийцы — все — могут и должны учиться у нее».

Теперь Трамп пытается применить «модель Орбана» в США, подражая попыткам своего кумира подавить критику в СМИ, взять под контроль университеты, депортировать иммигрантов, подорвать судебную систему, манипулировать границами избирательных округов и обеспечивать выгодные бизнес-сделки своим друзьям.

Так о чем свидетельствует тот факт, что собственный электорат так решительно отверг Орбана, и что популярность других правых популистов в Европе падает?

Во-первых, это показывает, что поддержка Трампа может стать «поцелуем смерти» в то время, когда президент США фиксирует рекордно низкие рейтинги одобрения: в недавнем опросе YouGov только 14% жителей Британии и Франции благосклонно относятся к Трампу. В Германии этот показатель составил 10%, а в Дании — 3%. В той же Венгрии, по опросу института Publicus, 59% респондентов считают, что Трамп больше способствует глобальному конфликту, чем миру.

Вот что Трамп получает за свое непрекращающееся пренебрежение к европейским союзникам, угрозы аннексировать Гренландию и бессмысленную войну с Ираном.

Но, конечно, поговорка о том, что любая политика является локальной, подтверждается и в Венгрии. Падение Орбана больше связано с его бесхозяйственностью в стране, чем с непопулярностью Трампа. Как отмечает Financial Times, «орбаномика» превратила Венгрию в одну из самых бедных и коррумпированных стран ЕС. Во времена Орбана цены выросли на 57% только с 2020 года — почти вдвое больше среднего уровня инфляции в ЕС. Как могут подтвердить Джимми Картер и Джо Байден, инфляция — это политический криптонит.

Откровенная коррупция Орбана, когда миллиарды евро государственных контрактов направлялись его приспешникам и в его родную деревню, могла быть терпимой для избирателей, пока экономика росла, но не тогда, когда она стагнировала. Мадьяр оказался идеальным кандидатом, чтобы воспользоваться недовольством избирателей: телегеничный бывший сторонник Орбана, он избегал сложных вопросов, таких как права ЛГБТК или права иммигрантов, чтобы сосредоточиться на коррупции и неэффективном управлении экономикой.

Из этого можно вынести и урок для США, где Трамп председательствует над откровенной коррупцией в то время, как инфляция растет, а экономический рост замедляется.

Хотя разница между Венгрией и Америкой огромна, оба случая демонстрируют ахиллесову пяту популистов у власти. Они почти не могут быть успешными, потому что избегают экспертов, подрывают независимую бюрократию (включая центральные банки), предоставляют экономические выгоды лояльным руководителям в обмен на их поддержку и действуют непредсказуемо и изменчиво.

Сталкиваясь с неприятием избирателей, популисты прибегают к изменению политических правил и подавлению инакомыслия, чтобы удержаться у власти. Для Орбана это была успешная стратегия, пока уровень недовольства избирателей не стал слишком большим, чтобы его можно было подавить методами мягкого авторитаризма.

Трамп, вероятно, испытает подобное отторжение, если выборы в США — начиная с промежуточных — будут оставаться свободными и честными.

Перевод NV

Полную версию текста читайте на The Washington post