Что стоит за попыткой закошмарить Киев

Итоги августа подводить еще рано, но есть повод обозначить стержневой гибридный сюжет, который россияне заготовили на осень и под который будут пытаться заручиться поддержкой Вашингтона.

Выструганная в Кремле торпеда называется очень просто — нелегитимность украинской власти. Да, опять.

К этому в очередной раз подвел заместитель главы МИД РФ Михаил Галузин, явно зачастивший с интервью и вбросами на тему переговоров. Контекст выглядит так.

Россия якобы хочет мира, но ее интересуют «всеобъемлющие договоренности» и «устранение первопричин конфликта». Для этого нужна «легитимная власть». А значит — выборы в Украине.

Легко проследить, что тему легитимности россияне используют в мерцающем режиме. Лично Путин неоднократно заявлял, что готов встретиться с президентом Владимиром Зеленским. Потом менял позицию. Потом снова разворачивал ее на 180 градусов.

Сейчас верстают такую логику.

Чтобы обеспечить паузу для выборов, Украина должна уйти с Донбасса. Чтобы организовать избирательную кампанию, в Украине должно быть установлено временное управление под эгидой ООН, при участии США, Европы, России и еще кого-то. Одна из задач: заблокировать военную помощь.

После чего ново (пере)избранный президент и парламент смогут имплементировать «всеобъемлющие договоренности». Итого: есть максимально конкретный и измеримый сюжет — Донбасс в обмен на выборы.

Отдайте крохи Донбасса, которые и так разрушены и вам не нужны

Попытки закошмарить Киев и другие города Украины — это один из способов склонить население к дискуссии по поводу данного сценария.

Формула российских террористов такова: хотите прекратить страдания и получить желаемые выборы для смены обрыдлой власти — отдайте крохи Донбасса, которые и так разрушены и триста лет вам не нужны.

Сразу возникает несколько риторических вопросов.

Берем список потенциальных лидеров президентской гонки. Кто из них выглядит таким, что морально готов и технически способен имплементировать российский ультиматум? На мой взгляд, никто.

Тогда зачем России эти выборы?

Чтобы вместо президента, легитимность которого они оспаривают, им противостоял избранный в рамках общепризнанного процесса лидер? Да еще и с потенциально более жесткой позицией? Где логика?

Логика абсолютно прозрачна и базируется на том, что у России нет «своего» кандидата на выборах президента Украины.

Поэтому цель России — отсутствие общепризнанного легитимного победителя и последующий хаос. Чего можно добиться несколькими способами.

Читайте также:

Вадим Денисенко

Президентский блицкриг. Удастся ли провести выборы в течение двух месяцев?

Во-первых, запустить избирательную кампанию, но не дать возможность ее завершить, устроив какую-то провокацию и нарушив перемирие.

Во-вторых, завершить голосование так, чтобы значительная часть страны и/или армии не приняла результат.

Моментальное следствие отсутствия общепризнанного лидера — армия перестает выполнять приказы.

Идея «внешнего управления под эгидой ООН» (которую руководство ООН не восприняло) — это план зонирования Украины, только в профиль.

Какой следующий шаг россиян? Он элементарно выявляется.

Даже если предположить, что какие-то российские идеи (в форме предложений от США, Ватикана или Далай-ламы…) будут приняты украинской властью, их невозможно имплементировать в рамках действующей Конституции Украины.

Пикантность в том, что внесение изменений в Конституцию — это сложный процесс, который технически невозможно реализовать в наших условиях. Зато технически возможно принять новую Конституцию. Поинтересуйтесь, как юридически появилась действующая Конституция, и все станет ясно.

Для этих целей президент нужен, по большому счету, лишь в качестве подписанта закона. А все основное действо — в Парламенте.

Вот и проявляются две тематические истории, которые можно отслеживать: риторика о выборах как публичный жупел и переформатирование парламента как теневой измеримый процесс.

В текущей ситуации реальные легитимные изменения во власти возможны только через парламент. Никак иначе.

Я откровенно не завидую действующим депутатам. И вполне могу себе представить ситуацию, когда придется массово выходить в защиту парламента.

Оригинал

Текст опубликован с разрешения автора