Читайте NV в Google
Это произошло в пятницу
Окончание. Начало читайте здесь, вторую часть — здесь, третью — здесь, четвертую — здесь, пятую — здесь.
В четверг, на семнадцатый день, моему сокамернику прислали телевизор — это сделал его бывший сосед по камере, которому удалось выбраться на свободу. Нашей радости не было предела. По этому случаю мы распечатали свои «золотые запасы» и выпили по баночке пепси.
До этого я получил письмо о судебном заседании в понедельник — я тогда не знал, что дату рассмотрения апелляции так и не назначили, а вместо этого поставили заседание по вопросу моей экстрадиции в Германию, поэтому был в хорошем настроении от того, что в моем деле наметилось хоть какое-то движение.
Самое главное — я наконец смог позвонить жене.
Я наконец смог позвонить жене.
Поскольку в пятницу в Польше праздник, нам даже постельное бельё выдали раньше.
В пятницу, на 18-й день, я пересматривал свои записи и понял, что мои мысли и выводы уже повторяются. Я записал последний тезис-инсайт, который еще крутился у меня в голове. Понял, что на данный момент добавить больше нечего.
Предстоял хороший вечер: мы с мексиканцем собирались посмотреть фильм (конечно, по-польски), а следом по плану был футбол. И тут за мной приходят: собирай вещи, на выход. Было непонятно: то ли меня отпускают на поруки, то ли экстрадируют в Германию, то ли просто выпускают. Я собрал вещи и на всякий случай попрощался с другом.
Внизу царила суета: некоторые сотрудники уже были в домашней одежде, а бухгалтера вернули с дороги домой, чтобы она срочно выплатила мне депозит. Мне выдали бумажку и личные вещи, а затем буквально выставили на улицу, предварительно сказав, что за мной едет друг.
Я не успел понять, что произошло, как за мной закрыли дверь — а у тюремной двери даже нет ручки.
На телефоне было 10% заряда. Первым делом я позвонил жене. Друг уже ехал за мной из Варшавы. Телефон начал перегреваться от количества сообщений.
Я пошел на вокзал и попросил у украинца одолжить зарядку. Пока заряжал телефон, рассказывал ему свою историю — он, кажется, был в шоке.
На следующее утро я уже на пункте пропуска. Там сотрудница снова долго вглядывается в экран, куда-то звонит, поворачивается ко мне и спрашивает: «Когда вы были в Германии?»
Текст публикуется с разрешения автора