Турбулентная дипломатия. Кто и как завершит войну в Украине

19 ноября 2025 года министр армии США Дэн Дрисколл представил состоящий из 28 пунктов мирный план — самый подробный на сегодняшний день — призванный прекратить российско-украинскую войну. Хотя происхождение этого документа и его авторы остаются неясными, все указывает на то, что он возник в ходе переговоров между представителем России Кириллом Дмитриевым, спецпредставителем США Стивом Уиткоффом и зятем президента Дональда Трампа Джаредом Кушнером. Эти переговоры фактически обошли стороной большую часть администрации Трампа.

Неравные условия

Текст был полон противоречий, двусмысленностей и ошибок, выдающих отсутствие юридической и дипломатической экспертизы. Некоторые фрагменты явно выглядели как прямой перевод с русского, другие — как заимствования из недавнего плана урегулирования в Газе, который относился к совершенно иному конфликту. Неясным оставался даже статус этого плана — он одновременно назывался и «меморандумом», и «юридически обязательным документом».

Условия были однозначно выгодны Москве. Россия приобретала украинские территории (а по факту — и население) сверх уже оккупированных, ей возвращался полный доступ к мировой экономике и она фактически получала амнистию за совершенные ею военные преступления. Европейские государства — несмотря на то, что они даже не участвовали в консультациях — лишались права размещать войска в Украине, обязаны были снять санкции и передать США замороженные российские активы, находящиеся в европейских финансовых системах. Украина же сталкивалась с ограничениями на численность армии и не получала никаких реальных гарантий безопасности.

Остающиеся спорные вопросы

Американо-украинские переговоры в Женеве 23 ноября 2025 года, начавшиеся в напряженной обстановке, завершились 19-пунктным пересмотренным планом, в котором почти ничего не осталось от первоначального документа. По сообщениям, нерешёнными остаются два вопроса, решение по которым должно быть принято на самом высоком уровне: территория и гарантии безопасности. Они всегда были ключевыми. Теоретически Украина могла бы согласиться на фактическую потерю части земель в обмен на твердые гарантии защиты от будущей агрессии. Однако Россия стремится