Как бюрократия тормозит инновации в украинском войске

Сегодня гражданское общество и государство объединяются для общей цели. Вместе мы ищем способ усилить способность сил безопасности и обороны Украины применять роботизированные технологии, чтобы получить преимущество над врагом. Хочу поговорить о вызовах, с которыми мы сталкиваемся. Ведь от хорошей идеи до ее применения и получения результата еще предстоит проделать длительный путь.

Следовательно, вызов № 1 — это отсталость нормативной базы, регулирующей каким образом государство получает инновации.

Пока ситуация такова, что единственный возможный фреймворк, как завести изделие в ВСУ для нужд обороны, — это опытно-конструкторская работа. Или сокращенная процедура постановки на поставку. На самом деле она только звучит как сокращенная, но предполагает очень большое количество шагов, которые нужно пройти. Это то, что тормозит всех нас как нацию. Потому что горящие, пылающие глаза желающие улучшить, сделать что-то, разбиваются об обыденность и бюрократию.

Жаль, но фреймворк — вотерфольный (имеет последовательный метод разработки программного обеспечения): сначала должен выйти один документ, после него должен появиться другой документ, а дальше еще один и так далее. Это приводит к тому, что мы сами себя сковываем в обретении возможностей, которые могут ускорить наше преимущество. Поэтому многие такие вещи нужно убрать на законодательном уровне.

Хочу подчеркнуть, что это не критика. Это проявление гражданско-демократического контроля. Это именно та организация общества, которая нам нужна для достижения победы. Гражданское общество в свое свободное время приобщается к помощи. Люди в штатском вместе с людьми в погонах должны уметь вносить изменения в действующие правила для того, чтобы усилить возможности нашего государства в отраслях робототехники и ІТ-технологий.

Вызов № 2 — несоответствие военной доктрины сегодняшним вызовам. Парадигма ведения боевых действий, в настоящее время господствующая в ВСУ и которой все еще обучают в Национальном университете обороны Украины имени Ивана Черняховского, — это все еще парадигма платформенной войны. А нам необходимо от нее отходить, если мы хотим одержать победу.

На уровне документов низшего звена командир определяет почти все

Сетецентризм, о котором уже заявлено в стратегии военной безопасности, все еще не приобрел необходимого проникновения в процесс боевого управления. Ведь в стратегии национальной безопасности заявлено об ассиметричных ответах. Заявлено на уровне стратегии военной безопасности, теперь мы будем давать отпор иначе — не лобовыми атаками «лавина на лавину». Мы никогда не сможем выставить такое войско, как у нашего врага. У нас нет такого количества людей. Их 140 млн, нас — 40.

В настоящее время сетецентризм заложен на уровне доктринального документа. Но на уровне документов низшего звена (уставы, концепции, которые сейчас есть) процесс боевого управления все еще происходит таким образом, что командир определяет почти все: возьми этот беспилотник, встань тут, отсюда полети вот туда, по такому маршруту, сделай такие фотографии и в такое-то время, согласно с табелем разведывательных донесений, сделай доклад. В результате этой работы появляется документ (word, pdf), который в конце подшивается в дело.

Из этого следует вызов № 3 — практическое применение роботизированных систем. Эффект от такого использования беспилотников намного ниже, ведь собранная таким образом информация не доступна всем заинтересованным пользователям. И это опять-таки вытекает из парадигмы применения силы: либо командир определяет каждому, что делать, либо все же происходит делегирование, все операции считаем объединенными, действуем миссиями. Мы должны научиться кооперировать Нацгвардию, ВСУ, полицию и, возможно, даже представителей гражданского общества для достижения целей.

К примеру, гражданские коммерческие дроны Аутелы и Мавики на войне нигде не учтены и никто на них не может выписать никакого боевого распоряжения. Их вроде бы нет. Но статистика вылетов и количество собранной информации с их помощью составляет наверняка около 80%.

А еще мы научились адаптировать и интегрировать в беспилотники гражданского назначения ударную систему. И это кардинально изменило расклад сил. Был пехотинец с автоматом, возможности которого ограничивались несколькими сотнями метров, а теперь у него появился Мавик с системой сброса и снарядом. И этот же оператор превратился в совершенно иную способность. Теперь он может на расстоянии 3—4 км уничтожать бронированные машины. Потенциалы на поле сражения изменились.

Это те вещи, за которыми должно успевать нормативное регулирование при применении армии. Силы безопасности и обороны Украины должны это принять. Место ударного беспилотника в боевом порядке должно быть определено. Нужно его интегрировать.

Резюмируя. Это самые болезненные вещи, которые мы наблюдаем сейчас на поле боя. Хотя уже сегодня происходит много положительных изменений, и в силы безопасности и обороны Украины проникают технологии. Во многом это стало возможным благодаря гражданскому обществу, подставившему свое плечо.

Я искренне верю, что все эти вещи можно воплотить и это даст нам ту желанную победу, когда меньший, но более ловкий, может противостоять великому и неповоротливому врагу. Вместе к победе!

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди НВ