Читайте NV в Google
У 2022 та 2023 роках декларація непризнання була правильною. Демонстрация гражданам, что окупация — временное явление. Но зараз 2026, і розмова йде про «мире по лінії соприкосновения»
На оккупированных территориях Украины завершается подготовка к «единому дню голосования». Именно так, а не выборам «в госдуму» — это уже вторая «электоральная кампания» с момента аннексии частей Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей. Напомню, что в 2023 году «выбирали» местные органы власти — губернаторов и законодательные собрания.
То есть, Россия последовательно демонстрирует наличие «волеизъявления граждан». Украина последовательно не признаёт такие «выборы». Министр иностранных дел Сибига днями охарактеризовал происходящие как «фарс» и призвал мировое сообщество не признавать данные «выборы». Стандартная реакция, но её сегодня уже катастрофически мало. Для того, чтобы понять почему, давайте разберёмся в некоторых нюансах российской политики.
Тезис 1
Выборы — это часть процесса по изменению идентичности местного населения. Ведь как ни завози новых жителей, часть старых остаётся на местах. И некое подобие электорального процесса должно создать у местных жителей иллюзию «своей» власти. Тут ключевым моментом является как раз наличие местных в списках партий. Но с этой точки зрения Дума для Кремля менее важна. Важнее «законодательное собрание» или «дума». Выборы которых будут в 2028. Ведь «электоральная кампания» 2023 прошла через полтора года после оккупации. И граждане Украины действительно в значительной мере (искренне желавших прихода РФ не будем рассматривать) как фарс. То есть, определение Министра иностранных дел было справедливо.
Сейчас ситуация иная. Мы на высшем уровне говорим о «завершении войны» и завершении «по линии соприкосновения». На минутку, а по какую сторону этой линии живут люди, которых гонят на те самые «выборы»?
Граждане Украины на оккупированных территориях получают сигнал — Россия быстро не уйдет
То есть, граждане Украины на оккупированных территориях получают сигнал — Россия быстро не уйдет. И возникает вопрос — как обустроить жизнь? Что-то надо есть, работать надо. Хочешь или не хочешь, но в контакт с российскими властями входить придётся.
И вот на этом моменте в 2026 (напомню, когда заморозку по линии соприкосновения в Киеве называют «миром») Россия предлагает гражданам Украины «выбрать» своих депутатов в Госдуму. Ключевое слово «своих», «земляков».
В 2028 году следующий этап. Если «законодательные собрания», созданные в 2023, действительно воспринимают как фарс, то через два года будет логичный посыл сменить клоунов кем-то более адекватным. Вот ещё одна западня для местного населения: «адекватные», «свои» депутаты… российской местной власти.
Но самое главное тут даже не голоса, не результаты (то, что увы отказываются понимать часть лидеров мнений) — ключевое в процессе то, что гражданин Украины берёт в руки бюллетень и отдаёт свой голос за кого угодно. Даже «противвсеха», если такая графа будет. Он принял участие в выборах. И будет это знать, помнить. То есть, частично, у себя в голове, легитимизировал «власти». Не сходить вряд ли получится — сделают подомовой обход. Ещё раз повторю: для Кремля главное, чтобы гражданин Украины заполнил избирательный бюллетень на выборах в органы власти РФ. Путь под страхом, но выбрал условного «соседа», «своего».
И тут заявлений что это «фарс» с украинской стороны мало. В 2023 была надежда на деоккупацию. Сегодня посыл из Киеве с «миром по линии соприкосновения» читается как «вы некоторое время ещё поживёте под Россией». А жить как-то надо.
2. Разделение кровью
Координационный штаб по вопросам обращения с военнопленными даёт цифру 46327 граждан Украины, которых РФ мобилизовала с оккупированных территорий. Можно спорить об уровне боеспособности таких частей. Но для России их способность к эффективным действиям не играет никакой роли. Более того, вариант, когда такие части несут катастрофические потери является более предпочтительным. Ведь ключевая задача — разделить кровью. Ничто так не разделяет и не объединяет как смерть близкого человека.
Поэтому для Кремля важны, извините за цинизм, гробы с фронта. Кладбища. И демонстративная «забота» (а она реально может быть) о семьях погибших. Россия попытается сместить акцент с оккупации на «твоего близкого убила Украина, скорбим вместе с тобой». И тут важен п. 1 — местная власть, депутаты Госдумы из местных. Не верите — посмотрите, как активно играла РФ на смертях в Донецке и Луганске после 2014 года. То же самое сейчас будет происходить (точнее происходит) на оккупированных территориях. И даже очень патриотично настроенным гражданам Украины на оккупированных территориях с каждым годом будет всё сложнее — если их знакомые, друзья, близкие попадут под этот каток разделения кровью. Ведь с ними ты общаешься каждый день.
И выборы тут, кстати, прекрасная возможность сработать с созданием (обновлением) базы тех, кого можно призвать/мобилизовать. Особенно, когда это поквартирный обход. Поэтому явка на избирательные участки тут как раз не важна.
Да и мобилизация (равно как и смерти) на, как называют русские «новых территориях» незаметна для российского общества.
3. Выбивание протестной базы
Ещё один аспект выборов, мобилизации и смертей на фронте. В случае любых протестов против оккупационных властей мужчины трудоспособного возраста важны. Как условно силовой ресурс протестующих. И чем меньше таковых остаётся — тем лучше для оккупанта. А если после «фронта» часть банально будет бояться возвращения Украины, вообще прекрасно. Такие не только не будут протестовать, но и будут противодействовать (из страха за семью, своё будущее, в силу памяти о товарищах (помним разделение кровью)) попыткам такие протесты организовать.
4. Страх гражданина
Выше я писал, что для Кремля важно, чтобы гражданин взял в руки бюллетень и «поставил галочку». Это участие в выборах.
И призывы не признавать их, заявления о незаконном характере, нелигитимности без оформленной политики коммуникации с гражданами под оккупацией — подарок Кремлю. С точки зрения признания и апелляций об «отсутствии международных наблюдателей», России всё равно. Более того, это укладывается в тезис пропаганды о «войне против всего запада». Любой пропагандист выйдет и спросит что-то вроде: «Так это же враги. Мы против них воюем!»
А вот для гражданина Украины, где есть традиция трепетного отношения к заявлениям внешних наблюдателей, участие в «незаконных» выборах уже выглядит не комфортным. И это может развить российская пропаганда, выдумав сказку об уголовном преследовании всех участников процесса, говоря, то избиратель тоже «участник».
5. Внешнеполитический момент
Тут всё просто. Помните старую российскую песню о не легитимных президенте и парламенте. Дескать, пересидели, выборов не было. И вот на этом фоне уже в октябре посланцы РФ, в том числе, на переговорах с украинской стороной, заявляют, что они провели «выборы». С заявлениями вроде «главное — захотеть».
Этот тезис будет предъявляться нашим внешним партнёрам. Тем более, что в ряде государств Европы в 2027 году пройдут выборы. И к власти могут прийти более скептично настроенные к идее помощи Украине силы.
Этот же тезис в удобный момент (очередной коррупционный скандал, либо очередной паралич голосования в Раде) РФ будет под своим соусом подавать на украинское информационное поле.
Можно продолжать дальше, но думаю, что пяти ключевых направлений уже достаточно для понимания того, что мы имеем дело с долгосрочной политикой, а не спонтанными действиями.
На это возникает запрос на политику со стороны Украины.
В 2022 и 2023 годах просто декларация непризнания электоральных кампаний была правильной. Демонстрация своим гражданам, что о них не забыли и оккупация — временное явление. Заявления об уголовной ответственности для участников процесса (члены избиркомов, например) тоже правильны. Они осложняли Кремлю проведение таких шоу и давали гражданам Украины надежду на справедливость в будущем.
Но сейчас 2026. И разговор идёт не о деоккупации, а о «мире по линии соприкосновения». Где часть граждан будет по одну сторону той самой линии, а часть по другую.
Нужна новая коммуникация и новая политика в отношении граждан Украины. И ответ за что мы воюем — за территории или граждан.
В первую очередь, это касается вывоза молодёжи. В этом году в школы пошло рекордно мало детей. Набор на естественные науки в ВУЗах критично мал. В то же время под оккупацией находится достаточно большое количество молодых людей. Которые, кстати, по объективным причинам не смогут пройти ЗНО. Вопрос: они нам нужны там или тут.
Вот и возможность приглашать их на учёбу на бюджет. С выплатой стипендии, материальной помощи и предоставлением жилья. Если надо с дополнительным годом подготовки для поступления (дабы наверстали разрыв в программе). Украина получает молодых людей, будущих специалистов. Вымывая людской капитал с оккупированных территорий.
Военные — активная коммуникация и механизм перехода линии фронта, сдачи в плен либо просто бегства от мобилизации. Именно системная работа. Частично идёт, но это должно стать государственной политикой. Посылом к гражданам, которых загоняют в российскую армию — «мы готовы тебя принять — переходи». С дальнейшей, естественно, проверкой и интеграцией на свободных территориях.
Миграция. Вывоз семей. Или семьями. Через линию фронта не перейдёшь. Люди едут через территорию РФ. Потом Беларусь и далее в страны ЕС. Даже простые «поездки к родственникам» перевозчики организуют в ежедневном формате из всех крупных городов оккупированной части Украины. Но вопрос в другом — переезд семьи сложный процесс. Тут надо коммуницировать вопросы помощи, возможно «подъёмных» от государства. Трудоустройства. И, наконец, маршрутов.
Если формат поездки «налегке», это одно. А если автомобилем? И тут надо решать вопросы пропуска (либо создания отдельных пунктов на границах государств ЕС) с нашими партнёрами. Сложно, но можно искать варианты.
Но главное — люди должны понимать, что едут не в пустое место. Повторю, вопросы жилья и «подъёмных для семьи». Откуда взять? Да, например, вы знаете про существование Луганской ОГА. Которая на своём сайте пишет о программе помощи в 19400 гривен для граждан прифронтовых территорий. Где фронт в Луганской области? Просто годовая зарплата руководителя такой структуры (с учётом доплат и пенсий) — это подъёмные, минимум, на две семьи. Работник среднего звена — семья. Дальше (если это государственная политика) программы от местных властей заинтересованных в притоке жителей. И, наконец, вопросы работы. Лишь самый простой механизм.
Писать можно долго. Но вопрос в том, что тезисы 2022 и 2023 годов устарели. Необходимы не заявления а комплексная государственная программа работы с жителями оккупированных территорий. С пониманием, что помощь тем, кто хочет/может усиливает Украину, ослабляет оккупационный режим на не подконтрольных территориях. С грамотной коммуникацией с теми, кто остался. И тут, будем реалистами, значительная часть семей разделена. Общение с родственниками есть. А значит есть каналы донесения информации как через СМИ, так и через людей. Вопрос политики захотеть и технологий запустить такие информационные волны.
В конце концов, РФ работает системно. С явными приоритетами, целями, задачами.
Системную работу противника может остановить только более грамотная и логично выстроенная система твоих действий. Время ещё есть.
Текст опубликован с разрешения автора