Об эскалации в российском небе и приказе Путина уничтожать украинскую энергетику

Россия наносила и будет наносить удары по нашей энергосистеме. Прямой причинно-следственной связи здесь нет. И это крайне важно, учитывая, что данная тема непременно будет раскручиваться различными информационными каналами и станет частью информационной войны РФ.

При этом мы также должны понимать: 2026 год несколько расширил «красные линии», которые не были табу в прямом смысле этого слова. Причина исчезновения этих условных красных линий кроется не в моральных принципах, а в росте количества и возможностей средств поражения. Масштабирование — прежде всего беспилотных систем — меняет и будет менять ход этой войны не только на фронте, но и в тылу.

Удастся ли парализовать авиасообщение в РФ? Как минимум, можно частично закрыть главные аэропорты России, и это принесет войну прежде всего в Москву и Санкт-Петербург. Есть еще один аспект: авиасообщение — одно из важнейших логистических средств для России. И закрытие аэропортов, даже частичное, безусловно, станет серьезным ударом по экономическому и морально-психологическому состоянию в РФ. Повторю еще раз: дискуссия о том, что нельзя сравнивать закрытие неба и 10 часов без света, некорректна. Россия и так планировала наносить удары по нашей энергетике — независимо от наших атак на аэропорты.

Россия и так планировала наносить удары по нашей энергетике

Очень важно, что Путин лично заявил об отсутствии планов по мобилизации. До сих пор он воздерживался от подобных заявлений. Похоже, наша информационная кампания «антимобилизация» начинает приносить плоды. Настроения в российском обществе, судя по всему, таковы, что Путину приходится лично говорить о готовности сделать шаг назад. Он не может полностью отказаться от идеи мобилизации или отключения интернета, но пока вынужден признавать частичную субъектность населения и несколько отступать.

Заявление о том, что мобилизации не будет (дословно — «чушь собачья»), — это, безусловно, отсрочка мобилизации. Но это также приведет к усилению репрессий. Путин не может простить себе такую слабость, однако и виновным в срыве (или переносе) подобных планов себя считать не может. Поэтому стоит ожидать новых репрессивных идей.

К сожалению, сейчас нет никаких предпосылок для переговоров. В этом плане мы наблюдаем две тенденции:

— Трамп пытается сыграть в очередную «мирную игру» с Путиным. Его стратегия сводится к двум аспектам: во-первых, попытка выйти на какое-либо соглашение (визит Рэтклиффа и возможная будущая встреча главы ФБР с руководством ФСБ — отчасти об этом). А во-вторых, если это не удастся, в дело вступит «плохой полицейский». Эту линию лучше всего продемонстрировал министр финансов Бессент, заявивший на саммите «Большой двадцатки» своему визави Силуанову, что никаких договоренностей не будет, пока идет война . Однако в целом война в Украине не рассматривается США как отдельный кейс. Пока это игра в выборы, где логика такова: удастся заключить сделку — расскажем избирателям; не удастся — расскажем, как старался Трамп.

Читайте также:

Алексей Копытько

Что стоит за попыткой закошмарить Киев

— Вторая тенденция — КНР ожидает провала американских инициатив и приглашения к диалогу.

— Отдельно стоит обратить внимание на мирные заявления Моди. Индия пока держится в стороне, но при удобном случае обязательно включится в эту игру.

Если говорить о временных рамках теоретически возможных переговоров, то в идеальном сценарии приглашение Китая к диалогу прозвучит на встрече Трампа и Си. В умеренном сценарии такое приглашение может поступить до конца весны 2027 года. В негативном сценарии — не ранее чем через год.

Оригинал

Текст опубликован с разрешения автора